Сегодня меня спросили, почему я больше не пишу про БМ, а то людям из Одэсы хочется прочитать еще, а больше нет. Не знаю, по-моему, за последнюю неделю про БМ написали столько, что еще одну говнозаметку (с) geophoto просто больше некуда втиснуть.
Я бы и не собирался, но мне сегодня прислали статью из Wall Street Journal, в которой довольно критично прошлись по фестивалю, и все, что его окружает. Я, в принципе, с очень многим в статье согласен - все так и есть. Но уж очень сильно обижают людей, а хотелось бы рассказать о высокой духовности и душевности участников.
Вот, например, приехал, скажем, мальчик Дима на праздник. Так получилось, что он не вписался ни в один лагерь - что же теперь - пропадать человеку? Конечно, нет! Дима моментально получает приглашение от Иры поселитсья вместе с нами, и даже место для палатки тут же нашлось. В благодарность за это, поставив палатку на свободный пятачок, Дима в пять утра решил укрепить палатку, не откладывая дела в долгий ящик.
Палатки на БМ укрепляются посредством забивания двухфутовой арматуры в спрессованный песок. А иначе палатку унесет первым же штормом. Ну и вот, значит, Дима берет специально привезенную нами кувалду, вытаскивает шесть арматурин и начинает методично забивать их в голову Артема с первыми лучами солнца. Конечно, напрямую в голову он их не забивал - это было бы бесчеловечно, но, клянусь моей треуголкой, такого рассвета у Артема давно в жизни не было.
Особую пикантность ситуации придавало то, что накануне Артем с Аней решили перебраться из прохладного шатра в жаркую палатку - зная, что мы приедем посреди ночи и будем шуметь. Как только они перебрались, надувной матрас у них тут же прокололся, сдулся, и всю ночь они спали на земле. Ну и в пять утра - арматура в голову - а то так можно и рассвет пропустить.
Мы, кстати, приехав в четыре часа ночи, совершенно не шумели, вопреки опасениям Ани. Ну, разве что полчаса были крики “Глебушка! Яночка! Доехали! Где портвейнчик?!”, но потом-то мы успокоились! Да и как было не радоваться, если на въезде нас так радушно встретила двухчасовая очередь из машин (вместо 4х-6ти линий на въезд работали две, да и то медленно).
Да, так о чем я? Ах да! О человечности людей. Вот, например, у меня стырили велик еще до того, как я приехал на БМ. Велосипеды у нас все отправились с грузовиком, их по приезду на Плая выгрузили - и раскидали где попало. Я приехал - а велика нет. Спасибо, что только велик забрали, а ведь могли бы и в грузовик случайно насрать (спросите у Бошетунмая - они знают). Да и как было не забрать, если сердобольные люди из нашего лагеря их сами отдают? Скажем, в прошлом году, приходит посреди ночи какая-то совершенно ухреначенная девица в лагерь. Мы ее накормили, напоили. А напоследок одна девочка (не будем говорить кто, но все знают, что это Ира) отдала ей велосипед одного нашего солагерника (не будем говорить кого, но все знают, что это был Глеб). А в этом году - я сам был свидетелем - посреди ночи подходит какой-то мужик, под ручку с великом на электроприводе. И говорит: у меня пробито заднее колесо, можно я вам своей велик отдам, а на вашем уеду? Артем, как гостеприимный хозяин тут же подинмается, находит первый попавшийся велик, не прикрученный замком - и отдает ночному гостю, после чего тот растворяется во тьме. Пока мы подбирали челюсти, Артем мотивировал это так: раз уж попросил, значит точно приедет и отдаст, другой бы просто стырил, не спрашивая. К чести ночного гостя, он-таки приехал на следующий день и отдал наш велик обратно.
Вообще, о велосипедах можно писать долго. Вот, скажем, в путеводителе настоятельно рекомендуют брать на БМ вело-замок. В прошлом году я так и сделал - и в результате во время шторма у меня из кармана выдуло ключи, и замок так и остался висеть на багажнике велика, закрытый навсегда. Кстати, того самого велика, который стырили еще до моего приезда. Так что в этот раз я замок брать не стал. А вот Леша, например, взял. И потом целый час перекусывал этот замок кусачками посреди плая, в километрах полторах от лагеря, т.к. оставленный на ночь велосипед попал в шторм - и замок просто перестал открываться. Ну а я рассудил так: на моем велосипеде передний переключатель сломан, цепь там стоит на самой маленькой звездочке. Чтобы куда-то на нем уехать, надо ногами крутить, как Карлсон - пропеллером. Как же я жестоко ошибался. Как мне объяснили, человек на кислоте может уехать на велосипеде, даже если у того только одно колесо.
А вот, со слов троюродной сестры (которую я, кстати, не видел лет пять - и она меня нашла именно на БМ через человека-легенду по имени Саша), была такая история: поехали они с мужем по Плая кататься, а велики взяли случайные из ассортимента разбросанных вокруг лагеря. Ну и мужу достался велик братьев Черепановых, судя по возрасту и кондиции. Ехать неудобно, но не возвращаться же. И тут посреди плая у велика взрывается заднее колесо и разносит камеру в куски. Ну что же теперь - возвращаться что ли? “Тру бернеры” и не такие трудности преодолевают во время пылевых бурь, отдыхая в кондиционированных RV. И вот берет муж этот велик под руку и идет с ним дальше. Тут его нагоняет какой-то парень и говорит: “мужик, у тебя, кажется проблема!” И достает откуда-то запасную камеру, снимает колесо, меняет его - и уезжает. Где еще такое встретишь?
Так что, как видите, тема людей и велосипедов на БМ тесно переплетена. Кстати, какая-то добрая душа оставила нам в лагере свой велосипед - по стоимости примерно раз в пять дороже пропавшего. Видимо, мне в подарок! Это ли не человеколюбие?
Вообще, на любви к ближнему построены практически все тематические лагери. В одном дадут покататься нашигом на роликах под звуки диско, в другом накормят блинами с икрой, в третьем нальют чаю. Иной раз гостеприимство прячется под показной маской равнодушия и грубости, но в душе тебе всегда рады. Скажем, заходят к нам люди посреди бури и устраиваются нюхать кокаин на кухне. Могли бы ведь сдать как раз проезжавшему мимо шерифу. А мы только попросили их делать это где-нибудь еще. Или, скажем, заходит какой-то совершеннейший frat-boy и спрашивает: где тут у вас открытый бар? Могли бы ведь и бритвочкой, а мы ему печенек предложили и чайку. И вы знаете - переродился человек на глазах. Только что пьяная скотина была, а вот уже джентльмен удобно расположился в кресле и интеллигентно пьет чаек с пряностями.
Или, вот например, заходит одна девочка в гости в русский лагерь и спрашивает: “нельзя ли у вас перекусить, проголодалась сильно”. А ей один известный фотогуру пододвигает тарелку и говорит: “На, жри”. Другой бы обиделся, но ведь все понимают, что это он просто старый солдат и не знает слов любви.
На сим я пока свое повествование кончаю, оставайтесь на нашей радиоволне. Возможно, вы еще услышите много интересного.
